Подборка

Стругацкие места Москвы: НИИЧАВО и Арканар у нас дома

Подборка·9 мест

Как пройти в Научно-исследовательский институт Чародейства и Волшебства? Где найти развалины Китежграда? Можно ли доехать до Арканара на метро? К столетию со дня рождения Аркадия Стругацкого Яндекс Книги и Яндекс Карты выбрали самые стругацкие места Москвы.

Яндекс Карты

Самые интересные места города по мнению нашей редакции

«Понедельник начинается в субботу». НИИЧАВО — Научно-исследовательский институт Чародейства и Волшебства

Описание одного из отделов института магии НИИЧАВО, а конкретно отдела Линейного Счастья почти идеально подходит для описания атмосферы офиса и целей Яндекса. «Весь первый этаж был занят отделом Линейного Счастья. Здесь было царство Федора Симеоновича, здесь пахло яблоками и хвойными лесами, здесь работали самые хорошенькие девушки и самые славные ребята. Здесь не было мрачных изуверов, знатоков и адептов черной магии, здесь никто не рвал, шипя и кривясь от боли, из себя волос, никто не бормотал заклинаний, похожих на неприличные скороговорки, не варил заживо жаб и ворон в полночь, в полнолуние, на Ивана Купала, по несчастливым числам. Здесь работали на оптимизм. Здесь делали все возможное в рамках белой, субмолекулярной и инфранейронной магии, чтобы повысить душевный тонус каждого отдельного человека и целых человеческих коллективов».

Дворец царя Алексея Михайловича в Коломенском. В «Сказке от тройке» речь идет о древней крепости, превратившейся в туристическую достопримечательность. В Москве из всего древних крепостей наиболее доступен именно дворец Алексея Михайловича в Коломенском. Хоть это и новодел. «– А это что за развалина? — спрашивал Эдик. — А это Старый Китежград, — отвечал Роман. — Тот самый? — Тот самый. Двенадцатый век».

«Страна Багровых туч». ГКМПС — Государственный комитет межпланетных сообщений при Совете Министров

«Страна Багровых туч». ГКМПС — Государственный комитет межпланетных сообщений при Совете Министров Здание Президиума РАН на Ленинском проспекте в народе называется «Золотые мозги». Идеально подходит для Государственного комитета межпланетных сообщений при Совете Министров, с совещания в котором начинается роман. С верхних этажей можно наблюдать за межпланетными перелетами. «Вы не обедали? Разумеется, не обедали. Столовая на тринадцатом этаже. Пообедайте, отдохните в библиотеке или в клубе —это тоже здесь, не выходя из здания, —и в семмадцать ноль-ноль возвращайтесь. Ну, ступайте. Я сейчас буду, так сказать, намыливать кое-кому шею. Быков, все еще немного взволнованный, встал и, поколебавшись, задал давно уже мучивший его вопрос: —Товарищ Краюхин, как называется это учреждение полностью? В предписании написано „ГКМПС“, но я, кажется, расшифровал неправильно. —ГКМПС —это Государственный комитет межпланетных сообщений при Совете Министров».

Голосов овраг, небольшой участок в Коломенском, который имеет репутацию одного из самых мистических и аномальных мест Москвы. Как и в Зоне из «Пикника на обочине» здесь, согласно многочисленным слухам и легендам (хоть и никак не подтверждённым), творится черт знает что. «А теперь уже никто и не знает, что это такое — язва ли, сокровищница, адский соблазн, шкатулка Пандоры, черт, дьявол… Пользуются помаленьку. Двадцать лет пыхтят, миллиарды ухлопали, а организованного грабежа наладить так и не смогли. Каждый делает свой маленький бизнес, а ученые лбы с важным видом вещают: с одной стороны нельзя не признать, а с другой стороны нельзя не согласиться, поскольку объект такой-то, будучи облучен рентгеном под углом восемнадцать градусов, испускает квазитепловые электроны под углом двадцать два градуса…»

«Парень из преисподней». Космозоологический Музей в доме Корнея Яшмы

Житель Корней Яшмаа спас молодого солдата с планеты Гиганда Гага и поселил в своем доме. Где еще и был космозоологический музей. Из всех московских музеев ближе всего к нему именно Дарвиновский. «Ну, чего там еще было? Ну, там всякие птицы, насекомые громадные… Нога мне запомнилась. Стоит посередине зала нога. Тоже залитая в этот прозрачный материал. Ну, страшная нога, конечно. Выше меня ростом, узловатая, как старое дерево, когти — восемь штук, такие у дракона Гугу изображают, каждый коготь как сабля… Ладно. Замечательно что? Оказывается, кроме такой вот ноги или, скажем, хвоста, ни в одном музее ничего от этого зверя нет. <…> И как на грех именно в этот момент я увидел скелет. Стоит в углу скромно, без особенной какой-нибудь подсветки, невелик росточком — пониже меня. Человек. Череп, руки, ноги. Что я, скелетов человеческих не видел? Ну, может, грудная клетка пошире, ручки такие маленькие, между пальчиками вроде бы перепонки, и ножки кривоватые. Все равно — человек».

«Путь на Амальтею». Джей-станция на спутнике Юпитера Амальтее

Повесть начинается с описания восхода Юпитера, над его спутником Амальтеей. В Москве за движением космических тел лучше всего следить в Московском планетарии. «По-настоящему красиво становится тогда, когда восходит Юпитер. И восход Юпитера по-настоящему красив только на Амальтее. И он особенно красив, когда Юпитер встает, догоняя Солнце. Сначала за пиками хребта разгорается зеленое зарево — экзосфера гигантской планеты. Оно разгорается все ярче, медленно подбираясь к Солнцу, и одну за другой гасит звезды на черном небе. И вдруг оно наползает на Солнце. Очень важно не пропустить этот момент. Зеленое зарево экзосферы мгновенно, словно по волшебству, становится кроваво-красным. Всегда ждешь этого момента, и всегда он наступает внезапно. Солнце становится красным, и ледяная равнина становится красной, и на круглой башенке пеленгатора на краю равнины вспыхивают кровавые блики. Даже тени пиков становятся розовыми. Затем красное постепенно темнеет, становится бурым, и наконец из-за скалистого хребта на близком горизонте вылезает огромный коричневый горб Юпитера. Солнце все еще видно, и оно все еще красное, как раскаленное железо, — ровный вишневый диск на буром фоне».

Герой «Стажеров» разглядывает космические корабли на ракетодрооме. В современной Москве на них лучше всего смотреть в Музее космонавтики. «Космические корабли», — с удовольствием подумал Юра. Он, конечно, знал, что Мирза-Чарле, как и все другие ракетодромы на Земле, служит только для возлеземных сообщений, что настоящие планетолеты, фотонные ракеты типа «Хиус», «Джон Браун», «Янцзы» слишком громадны и могучи, чтобы стартовать прямо с Земли, но и эти темные силуэты за горизонтом тоже выглядели достаточно внушительно».

Арканар, столица герцогства Арканарского, где разворачивается основное действие романа «Трудно быть богом», описан как типичный средневековый город. В Москве дух средневековья лучше всего искать в Измайловском кремле. «Он вспомнил вечерний Арканар. Добротные каменные дома на главных улицах, приветливый фонарик над входом в таверну, благодушные, сытые лавочники пьют пиво за чистыми столами и рассуждают о том, что мир совсем не плох, цены на хлеб падают, цены на латы растут, заговоры раскрываются вовремя».

Лес достаточно важен для творчества Стругацких, причем особенно им нравился сосновый бор. Из всех столичных парков им лучшего всего подошел бы Парк Сосны в Новой Москве. «Прямо от крыльца через густую высокую траву вела утоптанная тропинка. Шагах в десяти она исчезала в зарослях кустарника. За кустарником начинался лес — высокие прямые сосны вперемежку с приземистыми, видимо очень старыми, дубами».

Стругацкие места Москвы: НИИЧАВО и Арканар у нас дома

«Понедельник начинается в субботу». НИИЧАВО — Научно-исследовательский институт Чародейства и Волшебства

«Сказка о тройке». Старый Китежград

«Страна Багровых туч». ГКМПС — Государственный комитет межпланетных сообщений при Совете Министров

«Пикник на обочине». Зона

«Парень из преисподней». Космозоологический Музей в доме Корнея Яшмы

«Путь на Амальтею». Джей-станция на спутнике Юпитера Амальтее

«Стажеры». Ракетодром Мирза-Чарле

«Трудно быть богом». Арканар

«Полдень. ХХII век». Лес